Он старается не оглядываться
Но чувствует спиной
Как за стеной они любят
То и дело меняясь слюной
И когда внезапно падает тишина
Он представляет до боли в висках
Которые они друг другом полны
Словно на солнце играющие грозди
Улыбаются немного устало
Едва одеялом укрыв перса (думаю уместнее чресла)
И так сладко пахнут морем
Что он путает грохот прибоя
С грохотом собственного сердца
хз. ну, застенная любовь-морковь.
любют, не любют, к чорту пошлют, к серцу прижмут.
тьху ты, ромашка закончилась.
не плохо.
но лучше "взгромоздилось" в кучу говно и мухи, обожравшись, полудохло, а скорее от лени, над ней, зловонной, летают.
а в целом, нормальный высер на +-0.0
— Ольга Владимировна! Я уже три месяца бьюсь лбом о стену. Я потерял: Голубовского, Лидию Моисеевну, Цветковых. Мы потеряли блок. Генрих Иваныч сжег теплицы. Вы оставили третье оборудование. Сережа о Денисе ничего не помнит и, я полагаю, не вспомнит. А значит, получать круб, получать беленцы мы будем вынуждены через Ленинград. Только через Ленинград. Вот перечень наших потерь. А что же мы приобрели? Разрушенную, разваленную до основания мастерскую? Никому не нужные связи? Бессмысленные вычисления Наймана? Бесполезные шесть миллионов?
---чувак с удаффа 10
главное достоинство мужчины -
отъебать всегда готовый мозг!(с)
— Отпустим, — кивнул док, роясь в инструментах.
— Ваш... этот сказал — поебем и отпустим, а ребенка не заденем... ребята, я денег пришлю! — зарыдала она.
— Поебем и отпустим, это точно. Ребенка не заденем. Это я гарантирую. Давай, — док подошел к столярному станку.
Коля подволок голую девушку, они быстро зажали ее голову в деревянные тиски. Она громко закричала.
— Да не бойсь ты, не больно ведь, — Коля слегка ослабил зажим. Док приложил к затылку девушки электрорубанок, включил. Девушка завизжала. На пол посыпалась костная стружка.
— Все, все, — он выключил рубанок, осмотрел отверстие в затылке и стал расстегивать брюки. Девушка визжала, кровь тонкой струйкой протекла по ее спине.
Док приспустил брюки, стянул трусы и направил свой напрягшийся член в отверстие:
— Милая...
Член вошел в череп девушки, выдавив часть мозга. Девушка замычала, засучила голыми ногами.
— Милая, милая, милая, — док задвигался, облокотившись на станок.
Девушка мычала. Кровь и мозговое вещество стекали по спине. Ноги ее судорожно задергались, в промежности показалась кровь, она выпустила газы.
— Милая, милая, ми-и-ила-а-ая, — застонал док, прижимаясь лицом к станку.
— Мы ебем наверняка, — улыбнулся Коля, перебирая инструменты.
Док громко застонал и замер. Девушка молча дергалась. Док приподнялся, член его с чмокающим звуком вышел из черепа. Он подошел к табуретке, на которой стояла кастрюля. Коля подал ему обмылок и скупо полил воды из бутылки.
— Ой, ой... — вздохнул док, неторопливо обмывая член.
— Птичьи гнезда! — засмеялся Коля.
\сорокен\
