важнее, чем пирамидальная вера в мясные миски.
навсегда. Окончанием вторника и эпохой перерождения.
кому, если не ему? всякий раз перешивать свое сердце,
перетряхивать пустые колодцы, и ждать свое пронумерованное время.
иголкой взорвать пустой воздух.
спустить из груди яд и отпустить бельмо-поводыря.
стелиться туманной серой, и быть кочевникам новым братом.
тссс-с...
там, где Тени...
и вечно хриплый холод вливается в пальцы кулака, протискиваясь боком в узкую жизнь. Приглядывается.
сегодня снова вторник на свободе! Опустится к самому полу - так и наступит очередной Номер Времени. Остаются только косточки памяти, стучащие в левом виске. И только позднее сломанным дымом крик вернется в рот. Зашкалит.
и уже некуда спешить-спешить, выбиты все буквы, вытерты. И только дорога в распущенных волосах и убежавшее куда-то молоко. Приколю вторую ногу булавкой и сделаю последнее движение навстречу.
не рассчитывая на добавочную жизнь. Мягкими суффиксами. Я сейчас вижу.
тсс-с...
в самый излом световыворота. Ниже всех мертвых. Холоднее, чем пластилиновый мир. Последнее Прости, и Джонатан на свободе!
скомкают тонны ветчины. Кто-то сядет на вертикальную полосу, и запросит в долг 5-минутный сон. Пыль собьется в пух, скрипнет карета кучером и запустится патефон. Улыбнется...
тссс-с...
нарезанные ломтиками вперемешку совпадения. Многое осталось потеряно в Пути, стало похоже на забытый Сон.
между трещин. "Слушай, ___________!" Последнее усилие и я увижу черный свет противосолнца.
между памяти. Открыть дверь и увидеть себя без тела. Я убедился, живых отверстий стало меньше, и только нескончаемые тоннели связанных вещей. Пыль. И Имена, плывущие во Тьму...
тсс-с...
откроешь окно, и можно садить его на ладонь.
принимать его позывные и читать его желтую кожу.
между строк. Самое главное из всей горящей Бочки.
между лиц. Последняя попытка отделить душу от зубов.
тссс-с...
и бесконечная поземка исцеления голосом.
и шелковая прядь предрассветных волос.
если определять их цвет, то исписать миллионы страниц.
если определить, то гул земли только усилится...
а после Слов появлялась пряничная радость, струилась по обветренным губам, по проводам, голубем в белоснежную высь.
случались и мимолетные прикосновения, разноцветными искрами убегали по Городу запутанных улиц и скользких домов.
было и желание Быть... плавилось в жарком майском воздухе, оседало на загорелую кожу. И пестрый гул подземного движения по вечерам...
если без имени, то всегда будет выше. Распустит небо свои косы и зажурчит под рубаху, где-то там мягко скажет дзинь. Опрокинутся бесперебойные гудки, дышать станет легче и на каждый вздох станет ближе бесконечное слепое Солнце...
