Сантехница Янна und Хельга
Владимир Ильич проснулся еще затемно. «Учиться, учиться и учиться», - думал он, садясь за стол и расписывая ручку. После поездки в Германию, он купил себе PARKER, а хлебную чернильницу отослал голодающим детям Поволжья, т.к. молоко в ней давно уже прокисло, сгнило и заполнило комнату удушливым запахом молочного болота.
Запершись в своей комнате, Ленин целыми дням разрабатывал план революции. Ходоков не пускали, за исключением hot-dog’ Ов (продавцов hot dog’ ов). Владимир Ильич обожал сосиски!!! Обидчивые ходоки за это время исписали стены коридоров Смольного неприличными словами. Владимир Ильич сердился, заставлял матросов отмывать помещения с порошком, для разведения коего водой, выдавал «барашек». Матросов он ласково называл «пастушкАми» и приговаривал, поглаживая бородку: «Ду’ашки вы мои…». Иногда он угощал их hot dog’ами (правда, сосиски оттуда Ильич предварительно вынимал). Матросы неполных hot dog’ов не любили, отказывались. Тогда вождь прибегал к моральному террору, называя их еще и “п’оститутками ‘еволюции». «П’оститутки» визжали и разбегались, прикрываясь тельяшками. Они прятались в трюме «Авроры» и рассказывали друг другу страшные истории, чтобы хоть как-то скоротать время. А время текло, как назло, медленно. Мокрые от пота тельняшки покрывались темными пятнами, полосы расплывались. «Матросы легкого поведения» ждали…
Владимир Ильич жаждал сексуальной революции. Позже, в учебниках по истории ее назовут просто – Голубой декабрь.
Все так и было бы… Но Ленин не умел ждать, он боялся темных трюмов и страшных историй.
Уже в октябре он влез на свой броневичок, размахивая красной тряпочкой с надписью «FREE LOVE». |
