Аккурат после реплики о пеньюаре на станции появилась Юлия Тимошенко с кортежем из охраны и помощников.
Дюша недоумённо взглянул на премьера и с трудом произнёс:
-Сальвадор в Дали. Сю... сю...
-Сюрреализм. Вздорное направление, если между нами... - помог Дюше лейтенант.
-Антр ну, дружище. Откуда такие неожиданные познания? - спросил Чинаски правоохранителя.
-Ничего-то вы не понимаете, - в сердцах буркнул лейтенант и строевым шагом удалился к эскалаторам.
-Полковник, что это за уроды? - брезгливо вопросила Юлия, - впрочем, пусть лежат пока, для моего обновлённого имиджа такие проявления кацапизма в центре столицы даже полезны.
Обдав друзей ароматом "Красной Москвы" неукротимая звезда Майдана стремительно вошла в салон-вагон (по слухам, оборудованный ещё для Лаврентия Берии).
-А колготка-то у неё порвана, - заметил Дюша.
Генри лежал несколько ближе, поэтому поправил:
-Чулок, Дюша, чулок...
Во сне Чинаски Кулинский с Шандруком долго и нудно пытались наложить друг другу трандюлей, но так как оба были вусмерть пьяны, у них получалось нечто похожее на драку полуслепых котят. Вокруг них бегала длинноногая Эрика и кричала футбольные лозунги.
- Однако! - подумал Чинака, проснувшись. Не к тому ли это, что блядь с погонами спиздила наши деньги?
- Видите ли, - говорил Дюша. -Я срываю боян, он так замызган и секондхенден, но ведь в нём должно быть что-то ещё! Какая-то его завуалированная сущность, и не его идея, как бояна, а его собственная иная суть. В этот миг. Теперь!
Чинаски спал. Ему снились авторы Тепловоза.
- Сметану будешь? - улыбнулась Дюше блядь с погонами.
- Зачем? - спросил Дюша.
- Она, как пуховый пеньюар, нежит и облегает, - пояснила блядь-лейтенант.
Процесс опохмела - сугубо индивидуален, более того сокровенно интимен, можно сказать - келеен. Поэтому Дюша опохмелялся по-девичьи, задерживая мексиканский самогон во рту, вдосыл запивая его лимонадной водою. Чинаски, напротив, хлебал ханку из горла по-мужицки хакая, тут же извергая желудок на ногу лейтенанту.
Лейтенант был при исполнении, поэтому молча отирал сапог бланками протоколов о задержании и пил отраву солидно, не роняя чести и достоинства правоохранителя. Служба...
Светало. Дюша начинал превращаться в своеобразное приспособление для неопределённых движений руками и другими частями тела.
- Движняк - это жизнь! - воскликнул Чинаски.
- Ты чё уже похмелился? - занервничал Дюша.
- Да нет. Граммов 300-350 осталось, - реагировал Генри.
- 150, - пoправила Чарльза блядь в погонах лейтенанта.
Боян, в руках умелого литератора, перестаёт быть бояном, но становится легендой, сагой, эпосом, при том вплетаясь метафизическими потоками в флуктуации мирового эфира, коий... коий...
Неибёт, короче. Коий эфир, простыме словаме, олицетворяет собой нирвану и информационное поле Верховного Разума.
Дюша и Чинаски поздно вечером оказались в метро. В хламину, естественно. Дюша тулился прилечь на лавке, а Генри тянул из-под него газету.
-Зырь, тут гороскоп. Про меня написано, что типа приятное знакомство щас будет. А про тебя - неожиданные приключения в конце дня. - читал Чинаски.
-Да ну их в дупу. Всё эти гороскопы пиздят! - ответил Дюша.
-Не всегда пиздят, мужики, не всегда... - сказала блядь в погонах лейтенанта, выходя из-за колонны.
97863
Да, это верно, мы - пейсатели-субстанционалисты такие. Нету для нас ни расстояний, ни времени. Есмь токмо субстанции в виде чистого эфира и чистого спирта.
---намнаплеватьштейн 97855
Для настоящего художника слова расстояний не существует. Писатель улавливает и передаёт метафизические смыслы происходящего, сообразуясь с флуктуациями мирового эфира.
Особенно, если этого эфиру нанюхаца.
КРЕО#2
-Бляди едут! - сообщил Дюша и спрятал маленькую в траву.
- Распиваем? - строго спросила блядь с погонами старлея.
- Нет, - ответил Чинаски.
- Пиздим о жизни, - сообщил Дюша.
- А хуле? - сбил с толку блядей Чинаски.
Генри Чинаски проснулся раньше, чем хотел, но позже, чем велела физиология. В сортир идти смысла уже не было. Он напрягсо, но поздно. Всё произошло без напряга пятью минутами раньше. Плох мир, или хорош? - задумался Хэнк. Кто-то успевает добежать до сортира и поразгадывать кроссворды, а кто-то - нет. Причём, первые иногда умирают прямо на толчке, а вторые тянут гаш с паяльника и в ус не дуют. Ебись оно всё конём! - решил Чинаски. Он надел кеды и пошёл варить кофе. В кеды насцал кот, между прочим...
