2010-02-20 : sandal : The Raven

В гуттаперчевой мгле на последней ступени обрывается звук, Открывается зыбь, где железная рыба говорит мне пропасть. Я скольжу, как фантом, уронив отраженье в ледяную Неву. Я – штаны и пальто, не кричи, я не помню, для чего тебя спас. Вот недобрый подъезд и этаж номер восемь, и тяжелая дверь. Я боюсь позвонить и стою перед мутным оловянным глазком, Сквозь который – густой, как машинное масло – проливается свет. Открываешь. Привет. Извини, незнакомка, я с тобой не знаком. Насекомое жизнь обрекает Сократа на прекрасный глоток. Разноцветный платок, твой бессмысленный выпад, мой безвременный пат. Посмотри на меня: я – бетон и железо, я – железобетон. Помолчи – и услышь, как стучит в мои стены торфяная крупа. Я тебе не знаком, но закован и заперт на одной из твоих Многоводных планет. Ты задумала злое. Я не помню, зачем Безнадежной рукой поднимал тебе веки и не видел вериг Тяжелей, чем зрачки, обращенные к небу, будто гнезда грачей, Будто сами грачи, обреченные верить в антарктический смог, В бесконечный поток антрацитовых литер над полярным листом. Посмотри на него: это то, чем являюсь, это все, что я смог. Очевидный итог: подимаю закрылки, замираю крестом.

Оригинал текста - http://teplovoz.com/creo/17367.html