плакала праматерь – все плакали, и каменное нутро земли, утроба её содрагалась от горечи и тяжести. и века минули с тех пор, и из последней слезы, когда праматерь устала плакать, старого мира явился человек. он был наг, гол, таким пришёл и таким он уйдёт, и порядок этот не изменится. и говорили человеку леса: найдёшь ты в нас, всё что искал, потеряешь всё чего хотел, но не мешай нам – поглотим тебя. испугался человек и свил себе камышовую хижину на берегу реки. собирал ягоды полевые и лишь ночью, когда холодная луна и не менее холодный налу освещают праматерь, подходил к нам он, смотрел в спящие глаза дубов, ясеней, бродил вокруг и вздыхал. взял кисти он, отвергнул праматерь и нарисовал на камне идолище. и идолище то молил о жене себе. дало идолище жену, но счастья не дало, и не дало ему мудрости, коварное. ходил по свету с тех самых пор человек. и не было ему покоя, и убийства, и смерть ходили рядом с ним. и идолище то смеялось и радовалось, тёмная душа рвалась наружу и однажды, когда маленький идол и большой сошлись в битве родился огонь. жёлтый, как и сейчас, жгучий, как и ныне, опасный и жестокий. жжёт! и взял человек огонь, и спрятал его в пещерах от холодной зимы. а когда леса расцвели вышел он с огнём. и вошёл он в чертоги леса. и с тех пор идёт война, война между людьми и деревьями. но идолище ради смеха предало своих поклонников. и залила праматерь своими слезами огонь, и смыла нечистоту человека. и заплакала праматерь – все заплакали...
таков извечный цикл, извечный ход времени. И будет так, пока не замёрзнет вечная звезда. пока наши зёлые листья не сгорят в пожаре апокалипсиса.
06.01.09 |
