мне и года не было, ты ушел, а мама осталась одна,
к маме ходят дядьки и хватают ее за руки.
пап, ее спальня рядом, я устал от скрипов и стуков,
от этих всех криков, пап, что она делает, а?
папа, я почему-то твердо уверен, что это конец:
у меня есть друзья, они улыбаются мне, но только губами,
да и как их вообще можно называть друзьями,
если они все время пытаются вставить "а вот мой отец.."
у них все решается просто, они могут пойти к отцу,
если в их колеса кто-то вставляет спицы.
папа, черт возьми, мне же не к кому обратиться.
разве что только к еле запомнившемуся твоему лицу.
мне семнадцать лет, папа, собственно говоря,
я привык без тебя и не знаю, как можно иначе,
и я зрячий, папа, неизлечимо, невыносимо зрячий,
только мне тут все равно туго без собаки поводыря.
ты там плаваешь, геройствуешь в далеких своих морях..
пап, я хочу спокойно, но получается непечатно.
почему я должен слушать, как они кричат мне
"ты дурак и безотцовщина, телемах"? |
