2004-10-09 : Вэ : Мин Юэ
| Мин Юэ.
(С китайского означает Ясная Луна) Он, как всегда, появился неожиданно – упал, вдруг, с неба жидким холодом, смазав рисованные когда-то картины осени... небо, земля, грязь под ногами, развалины города, я – все теперь единое целое, смешанное дождем… У меня больше нет сил идти, но я держусь; засовываю руку в карман и сильно сжимаю что-то завернутое в испачканный кровью и грязью платок, - становится, будто, легче. Гниющая рана правой ноги дает о себе знать – нужно срочно где-нибудь укрыться, перевязывать ногу не стану,- я вернулся в Лоаян навсегда. В хрустальном пузыре осталось совсем немного, но этого хватит; я уже чувствую людей где-то неподалеку – в моей голове чей-то шепот и крики, то и дело возникают смутные, словно размазанные этим дождем образы. Я сосредотачиваюсь – галлюцинации словно легкая дымка развеиваются – стою в каком-то темном переулке, похоже, что я продолжал идти, пока отключался. Мне повезло. Другие не замедлят, чтобы сожрать остатки пока еще теплого и лучистого у меня внутри. Сильно хромая из-за нестерпимой боли, я пробираюсь вглубь того, что когда-то было улицами. Горы мусора, пепла, сгоревших и ржавеющих вещей, каких-то деталей под ногами становятся для меня серьезной преградой. Я падаю в грязь – нужно собраться силами, чтобы идти дальше; заползаю под обломок бетонной стены, где меня проглатывает сумрак, ставший таким же диким, как и все кругом… это будет хорошим укрытием от дождя и птиц. Я был в бреду недолго,- отвратительный запах разлагающегося быстро привел меня в чувство. Тело ныло, конечности онемели, по мне быстро бегали тараканы и еще какие-то отвратительные жуки, а сил так и не прибавилось, но, похоже, я нашел, что искал. Правой рукой я достал его из кармана, снял платок с вышитыми иероглифами и, аккуратно сложив, сунул обратно. Ночь в мгновение вытекла талой печалью из моего укрытия, гадкие насекомые разбежались по щелям, - больно бив по глазам, ярким зеленоватым свечением в моей руке сиял хрустальный пузырек из-под духов, теперь едва наполненный малахитовой жидкостью, чудом, оставленным на спасение моей Юэ. Здесь теплился ее лучистый взгляд и бесконечные реки жизни: когда-то она открывала свои солнечные вежды, и в мир выплескивался живительный блеск ее глаз…когда-то… Сразу стало тепло, я почувствовал, что могу двигаться. Завернув пузырек все в тот же платок и положив в карман, я с большими усилиями выполз из укрытия, и поднялся. Ногу я уже не чувствовал вообще. Придется идти, опираясь о камни развалин. Прыжки отнимают много сил, но я уже на месте. Небольшое полуразрушенное здание с давно выгоревшей краской и проржавевшими до дыр железными ставнями; это оттуда несет гнилью и вонью разложений. Плохое место для укрытия. Женские крики, шорох… - Мое имя Ду Шэньян! – кричу я. – Я пришел отдать вам сны, вернуть вам жизнь… – в меня летят железяки и камни, пробую закрыться, но слабость дает о себе знать – руки кровоточат, по лицу лениво стекает алая водица. - Убирайся, ублюдок! Нам не нужны твои фокусы! – голос слабый, но грубый. - Я лишь отдам жизнь, которую у вас забирают каждую минуту…- я, оправившись, делаю еще одну попытку. Люди боятся. Они еще не лишены всего, но уже забыто и потеряно очень многое… Вновь раздается пронзительный женский крик; похоже, она мучается уже не первый день. - Ты что, не понял, урод?!! – слышится какой-то шорох и стук. Полусгнившая входная дверь со скрипом отворяется, выходит отвратительно отощавший мужчина без единого волоса на голове, он больше напоминает скелет, чем человека – вероятно, не раз делал операции по изъятию мышечной ткани и жиров – в его руке металлическая труба, видно, что он едва держит ее. – Я знаю тебя…- улыбается беззубой улыбкой, - кальций тоже ценный элемент…-пришел показать свои сказки - мы проживем как-нибудь без этого! Вали отсюда, ищи других, кто будет верить твоим вымыслам! Я чувствую его, чувствую как тяжело дышит, как моргает, слышу как бежит импульс по нервным клеткам. В меня проникают его мысли, боль, страх, отвращение…я уже полностью абсорбировал. Головокружение. - Гао… - я взял слишком много, чувствую, что сил хватит совсем ненадолго, - твоя жена… Пэй…она…вот-вот родит…дочь…- я валюсь в ядовито-зеленую жижу под моими ногами, все уходит далеко-далеко; неба больше нет, земли больше нет, дождя больше нет… * * * - Зачем ты притащил это отребье? – старик Ли Бо слеп, но видит инфракрасным, для него весь мир – дикая смесь цветов, сотни оттенков. Мое тело – темно-синяя карамель с вытекающей ярко-желтой, в середине доходящей до красного цвета начинкой. Я вижу это его разумом, но не более – я не могу проникнуть в него, это странно… Ли Бо необычный старик. - Он… - Прочитал твои мысли, не больше, - он перебил оправдывающегося Гао, - теперь ты потерял силы и не сможешь ничего делать; с него ведь все равно взять нечего – тот самый бродячий телепат, такой же исхудалый, как ты, тем более серьезно болен! - Убить его? Из дальнего угла вышел еще один мужчина, я смотрю на него глазами Гао, касаюсь его разума – он силен, в нем много памяти, много живого; он мое спасение. - Оставь его, Ли Бо, он может нам пригодиться, на случай, если псы объявятся. - Псов нет в городе, как и кошек, - чувствую его напряженность. Что это, страх? – и ты это знаешь не хуже меня, слепого старика, чего ты хочешь? Чтоб он проснулся, и убедил всех, что принес нам избавление? – старик сильно нахмурился, кто он? - поверь, он сделает это, телепат… не мне говорить, по чьей вине мы живем в этом дерьме! - Ты прав, я и сам… только и ты знаешь, что он не Другой: он умирает, так пусть умирает среди людей, - а если проснется… посмотрим, кто он и что. - Это тот самый… его называют Человеком-Помнящим-Время, - заговорил Гао, - это про него рассказывал усопший Лецзы… он приходит к людям, чтоб вернуть им забытые чувства… он опасен, я слышал, что те, кто соглашаются, никогда не возвращаются… - Пусть… - Дао задумался, - если это действительно так, мы убьем его, но когда придет в себя, это последнее решение! - Ты совершаешь ошибку, Дао! – старик нервно шебаршил свою длинную неправдоподобно белую бороду. Мужчина, ничего не ответив, приподнял мое беспомощное тело и оттащил к лежавшей на другом конце комнаты женщине, той самой Пэй. В меня влили какую-то горькую настойку, жуткую смесь непонятно чего. Я открыл глаза – едва освещенная комната, слабый свет проникает только через дыры ставен, везде разбросаны тряпки; грязь и вонь. Рядом со мной конвульсивно дергается Пэй, возле нее муж и кто-то еще. Я быстро коснулся ее разума – она борется изо всех сил, скоро либо сдастся, либо на свет появится еще один… жаль, что она не будет человеком… Другие жадно глотают душу, выпивают ее без остатка; где бы ты ни был, что бы не делал – нити Других протянуты ко всем и повсюду, если ты не телепат и не умеешь защищаться, но и это все временно. Сначала ты забываешь про то, как бывает прекрасно небо, потом – что есть любовь… в конце – ты дикий зверь, неспособный даже умереть… Я не приношу людям защиты, но приношу им то, что должно быть у них внутри, такова последняя воля Юэ. Я приподнимаюсь на локтях. У меня большая слабость, долго не проживу, нужно успеть отдать им то, что я принес. Вокруг меня – пять человек, похоже, это все, кто остался, не считая Пэй, и Ли Бо, - он продолжает сидеть в своем углу. Я считываю их; интересно, они не знают, что старик не совсем слеп, он попал сюда совсем недавно, взялся, откуда ни возьмись, наверно, тоже телепат, вот почему я не могу коснуться его; он очень опасен и не с проста здесь сидит, скорее всего это даже Другой, но что ему нужно? - Зачем ты пришел к нам, Ду Шенъян? – заговорил Дао. Я знаю, что он настроен решительно: у него за спиной нож, - нужно каким-то образом убедить их. - Вспомни, Дао, - я начинаю давить, - вспомни, ночь… - Не слушай его бред, Дао! – кричит Ли Бо, я слышу, как он ползет к нам, - это телепат, он пудрит тебе мозги, разве не видишь? Просто прикончи его! – окружение зашевелилось, зашепталось – Ли Бо сковал их, но не полностью, он ждет чего-то, но чего? - Вспомни звездную ночь, Дао, - я не отступаю, пытаюсь схватить его, - какая она красивая… - у меня получается, он уже не контролирует себя – дергаются куски его оставшейся души…- ты и Гунсунь… - Дао роняет нож, плачет, падает передо мной на колени, все испуганно отскакивают от него и меня – Ли Бо из них не спешил все высосать. Старик, тем временем, подскакивает ко мне, хватая нож и бросается – я, на сколько могу, уворачиваюсь, но он все же пронзает мне руку. Дао отбрасывает его в сторону. - Хорошо, - поднимаясь на ноги говорит старик, - я предупреждал вас всех… Кричит Пэй, вновь начались схватки – они будут последними. Все бегут к ней. Но Другого уже не остановить. Он касается разума каждого – от ужасной головной боли люди падают в предсмертных судорогах, - старик дико насыщает себя остатками лучистого… Все кончено, но он забыл про меня. Ли Бо быстрыми шагами подходит к Пэй, вызывая у нее слуховые галлюцинации мужа: - Давай, малышка, еще чуть-чуть…дыши…- теперь я вижу его насквозь – Пэй ждет двойню, нормальную двойну – мальчика и девочку; ее и детей специально не трогали, готовили. – Молодец, еще чуть-чуть, моя красавица… Металлическая труба размозжила голову Ли Бо – Гао сделал это из последних сил, он все это время прятался, и в суматохе Другой не заметил. Гао плюнул на мертвое тело и пнул ногой. Я чувствовал, что он обессилен. Мужчина присел рядом с Пэй и заплакал – она была мертва, как и все остальные. Прошел час, Гао все еще сидел рядам с женой, целуя остывающие губы. Я дал ему о себе знать. Он посидел еще несколько минут, а потом резко вскочил, яростно сжав трубу, и направился ко мне. Я уже не мог говорить обычно, но делал это, посылая сигналы прямо в мозг. - Стой, Гао, стой, стой…- он подбежал ко мне и замахнулся… труба со звоном упала на пол. Он сел рядом со мной. - Есть кто-нибудь еще живой в этом мире, кроме Других? – я помотал головой. Гао задумался. – Ты правда тот самый Человек-Помнящий-Время? - Да, Гао… и позволь мне отдать все это тебе… - Там будет ночь, красивая ночь, про которую ты спрашивал Дао? – он говорил очень тихо, посматривая на тело Пэй. - Там будет и она, Гао… - И что потом, что дальше?.. - Ты увидишь другой мир, Гао, полный света и тепла; мир, где ты будешь самым ярким отражением Ясной Луны в ночном озере… - Я готов, Человек-Помнящий-Время, - он поднялся на ноги. Комнату озарило изумрудным светом, я открыл пузырек и капнул оставшиеся слезы Юэ себе в глаза. Меня сковало, бросило в жар, лихорадка…Стены падают, потолок падает, пол падает, мир падает… Глаза Юэ смотрят насквозь – лучи жгут, два малахитовых солнца жидким блеском обнимают мир… Гао тонет, захлебывается сладким небом…теперь он стал еще одним лучом Мин Юэ и мирно спит в колыбели - озере… Мои глаза смотрят насквозь…все уходит далеко-далеко; неба больше нет, земли больше нет, дождя больше нет… | ||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
КОММЕНТАРИИ
| ||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Оригинал текста - http://teplovoz.com/creo/3775.html | ||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||